Вверх
Вниз

Прогулки по Москве

Объявление

Добро пожаловать!

Рейтинг игры 18+!
Новости:

УРА! НАМ ПЯТЬ ЛЕТ!

С ЧЕТЫРЁХЛЕТИЕМ, "ПРОГУЛКИ"!

Новогодний Декамерон

Огромная благодарность нашему любимому Костику за новый, чудесный дизайн, за помощь проекту и за поддержку в эти нелёгкие для нас времена. Спасибо, друг!

НАМ - ТРИ ГОДА! ПОЗДРАВЛЯЕМ!!!

НЕ ПРОХОДИМ МИМО! НА ФОРУМЕ МНОГО ИНТЕРЕСНОГО! КОНКУРС "ВИЗИТНАЯ КАРТОЧКА"

КОНКУРС "УГАДАЙКА!"

ВНИМАНИЕ: ОБНОВЛЕНИЯ НА ФОРУМЕ, СЛЕДИМ И УЧАСТВУЕМ!

ПОЗДРАВЛЯЕМ ОДНОГО ИЗ САМЫХ СТАРЕЙШИХ И ПРЕДАННЫХ УЧАСТНИКОВ АРСЕНИЯ БАРСОВА С ВСТУПЛЕНИЕМ В АДМИНИСТРАТИВНУЮ КОМАНДУ!

АДМИНИСТРАЦИЯ ФОРУМА ВЫРАЖАЕТ ОГРОМНУЮ БЛАГОДАРНОСТЬ ВАРЕНЬКЕ ЗИМИНОЙ ЗА СОЗДАНИЕ ЧУДЕСНЫХ НОВОГОДНИХ АВАТАРОВ ДЛЯ ЖИТЕЛЕЙ МОСКВЫ!


ЭТОТ ГОРОД НАС МАНИТ, ЭТОТ ГОРОД ПЛЕНИТ,
И КАЖДАЯ УЛИЦА ЗДЕСЬ КАК МАГНИТ
ДЛЯ УДАЧИ, ДЛЯ СЛАВЫ, ДЛЯ КРУПНЫХ ПРОБЛЕМ,
ДЛЯ ЛЮБОВНЫХ ИСТОРИЙ, СЕРЬЕЗНЫХ ДИЛЕММ.
ЭТОТ ГОРОД БЕЗ ПРАВИЛ, ЭТОТ ГОРОД – СУДЬБА.
ВЫБИРАЙ ЖЕ ДОРОГУ!
ЭТО - НАША МОСКВА!



ЖАНР ИГРЫ - реальный мир
СИСТЕМА ИГРЫ - эпизодическая
РЕЙТИНГ - 18+
ВРЕМЯ - реальное


В МОСКВЕ - РЕАЛЬНОЕ ВРЕМЯ. ОСЕНЬ 2016.

МОСКВА РАСКРАШЕНА В БУЙСТВО КРАСОК ЗОЛОТА И БРОНЗЫ, И ХОТЬ НА УЛИЦЕ УЖЕ СТАНОВИТСЯ ХОЛОДНО И ПРОМОЗГЛО, В ДУШАХ ЕЁ ЖИТЕЛЕЙ ПО-ЛЕТНЕМУ ТЕПЛО И СОЛНЕЧНО. НАЙДИ СВОЙ ОСЕННИЙ МАРШРУТ И ПРОГУЛЯЙСЯ ПО ДОЖДЛИВЫМ УЛОЧКАМ МОСКВЫ!






Наши партнеры:

Красная зона Станция .Север. Deadly Sins

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Прогулки по Москве » -Настоящее » Игрушка


Игрушка

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

1. Название:
Игрушка
2. Участники:
Дмитрий Гельд, Сергей Федячкин
3. Время и место:
Весна-лето 2015, Москва
4. Краткое содержание:
Судьбоносная встреча - изменит ли она кого-то из участников? Или все это глупости?
5. Рейтинг:
указывать обязательно (!) Обязательно! 18+. Моральный садизм.

0

2

После вчерашнего вставать не хотелось совсем. Голова так уютно покоилась на пахнущей пряной свежестью подушке, тело приятно ломило от ночных «тренировок», что подъем казался грубым надругательством над чувствами молодого человека, угомонившегося только на рассвете. Дима мог позволить себе многое, очень многое из того, о чем большинство не смеет и мечтать, но не появиться в офисе сегодня просто невозможно – отец обещал заглянуть, а значит надо было сделать хотя бы видимость присутствия. Младший Гельд не был настолько наивным или до такой степени безбашенным, чтобы не понимать – без хорошего пригляда удачи в бизнесе не дождешься, и что впахивать надо весьма усердно, чтобы чего-то добиться. И он делал многое, чтобы ТЦ, подаренный ему родителем, функционировал в прежнем режиме. Но еще его разума хватало на то, что хороший начальник не обязан носиться с мыльной жопой по ввереному ему объекту, а подбирает прямых подчиненных так, чтобы мыло в заднице было их проблемой. Быстро подобрав подходящих для этого людей, он стал появляться в офисе редко, но метко, дабы анусы его замов не забывали трусливо поджиматься, чуя запах вазелина.
Сегодня был тот день, на который визитов в офис Дмитрий не планировал, но вот папочка решил подкорректировать времяпровождение сына своей инспекцией, замаскированной под искреннюю заботу. Димочка папу уважал. Уважал его силу, деловую хватку, способность лавировать между дружбой и бизнесом, не теряя этих самых друзей, но и не поступаясь принципами бизнесмена – это вообще высший пилотаж в деловом мире. В чем-то Дима даже старался походить на своего отца, но порой ему было просто лень подняться с кровати и бежать. Ну, хорошо, ехать на своей «малышке», но ведь по пробкам! Тем более после безумной ночи. Хорошо, что похмелье не мучило – не такой дурак был Димочка, чтобы напиваться до беспамятства и головной боли с утра.
Оторвав, наконец, голову от подушки, Дима сел на кровати и долго смотрел перед собой в большое окно с белоснежными тонкими занавесками, создающими эффект сказочного тумана или парения в облаках. Суматошного города не было видно из такого положения, что давало возможность еще пару минут помедитировать в состоянии полудремы. Потом Дима включил музыку. Высокий, так же почти невесомый голос солиста какой-то зарубежной группы дополнил атмосферу – в слова Дима не вслушивался, хотя язык и понимал, да и были они достаточно укуренными, чтобы соответствовать дымке занавесок, легкому шуму в голове и отстраненности от всего мира. Улыбнувшись, Дима поднялся, восстав из волоха такого же белоснежного белья, как Аполлон из пены морской, и пофиг, что в оригинале была Венера, она тоже пойдет. Дима усмехнулся и пошел в ванную, не потрудившись прикрыться хотя бы простыней. Во-первых, дома он был один, во-вторых, даже если бы вчерашние девочки были бы им оставлены до утра, то стеснения он бы не испытывал, а в-третьих… Ну, а что такого, в конце концов? Он же не в музей так поперся. Да и в музее тогда было бы на что полюбоваться.
Теплый душ привел в себя, вернул бодрость и способность шевелиться быстрей, чем осенняя муха, правда тут же нахлынуло воспоминание о том, что сегодня у одной из администраторш, которая делала восхитительный кофе и имела крепкую троечку на бретельках, кстати, и без бретелек держащуюся весьма уверенно, день рождения. Надо бы уважить, да подарить что-нибудь этакое. На прошлой неделе она здорово помогла с переговорами, ловко отвлекая клиента от непотребной суммы за аренду. Ладно, по дороге куда-нибудь заскочит и порадует девочку… Леночку, кажется, какой-нибудь ерундой.
Вытираясь огромным махровым, опять же белым, полотенцем Дима прошел на кухню, тыкнул пальчиком в кнопочку кофе-машины, тщательно протер пах и открыл холодильник. Нет, есть не хотелось. Дверка мягко чмокнула, закрываясь, полотенце небрежной изысканной волной осталось лежать на барном стуле за стойкой, а Дмитрий удалился, чтобы привести себя в надлежащий рабочий вид. Белье, брюки, рубашка нежного оттенка свежесваренной креветки, вставил запонки белого золота, игнорируя все постулаты этикета, отбросил галстук, продолжая игнорирование, и тщательно уложил волосы. Образом молодого бога в отражении зеркала он остался доволен и пошел на кухню, чтобы выпить чашку крепкого напитка.
Сделав пару глотков Дима отставил чашку, накинул пиджак и спустился в гараж. Улыбка сама расплылась по красивому лицу, едва только яркий желтый бок Порша показался на глаза. Погладив свой «малышку» Дима удобно разместился на еще скрипящем свежей кожей сидении, пристегнулся и поехал работать.
Радуясь тому, что пробки немного рассосались, он едва не забыл про… кажется, Леночку и в последний момент, подрезав какого-то идиота на тойоте, припарковался у небольшого магазинчика, надеясь, что там что-то удастся подобрать. Дверь за спиной оглушительно грохнула, кажется, разметав пыль по небольшому помещению, напичканного всякой дешевой хренью. На звук выскочил продавец, такой же дешевый и некчемный, как и те товары, что лежали на полках.
- Доброе утро, - брезгливая гримаска ничуть не обезобразила красивое лицо, но доходчиво объяснила продавцу тщетность и бесполезность его существования на Земле. – Это все, что у вас есть?
Дима оглядывал прилавки с видом южанина, которому вдруг рассказали, что негры тоже люди.
- Дааа… - разочарование явно сквозило в его голосе. Какое-то время он еще уделил полкам, а затем удостоил вниманием продавца. – Милейший, если вы поможете подобрать достойный подарок женщине… если вы вообще в курсе, кто это такие, - снисходительный взгляд, - то я вас отблагодарю так, что вы сможете позволить себе приличные туфли. Та как? Согласны на сделку века?

+1

3

Серый никчемный вечер перетек в ночь, всю длительность которой Сергей пролежал без сна, слушая ворчание древней бабки-соседки за тонкой стенкой. Ее-то бессонница мучила давно в силу возраста, вот и на него в последнюю неделю перекинулось. Ночь плавно перешла в такое же никчемное утро. За пыльными окнами забрезжил серый московский рассвет. Небо было ясное, но это не радовало Сергея, поднявшегося уже в пять утра, измучавшись в измятой постели.
Мужчина лениво умылся, не утруждая себя бритьем, позавтракал чем-то таким же безвкусным и погано выглядящим, как вся его жизнь, и поспешил на раннюю электричку до Москвы. Что же, откроет сегодня магазин пораньше. Как будто это даст хоть пятьсот рублей лишней прибыли. В последнее время клиентов толком и не было, как их не было и в период открытия «великолепной идеи» Федячкина. Сейчас мечта уже не казалась такой уж замечательной, но отказаться от нее он был не в силах – слишком много долгов на нем висело, а скрываться по заграницам Сергей был не научен.
Прижавшись лбом к прохладному стеклу электрички, мужчина погрузился в себя, но задремать так и не сумел. Под глазами уже набухли отвратительные мешки, которые Сергей буквально физически чувствовал, словно кто-то заложил ему за веки два стальных шарика, тянущих вниз с безудержной силой. Вот и конечная… Мужчина поднялся с изрисованного маркером жесткого сиденья и вышел, сливаясь с набежавшей толпой таких же работающих, как и он.
В Москве всегда был народ, в будни или выходные, в семь утра или в час ночи, всегда находились люди, спешащие куда-то. Но это даже нравилось Сергею – он слился с толпой, растворившись в этой серой массе, никем не замеченный. Метро, снова толпа людей, пытающихся навязать Сергею свое направление, но тот держался стенки, невольно втянув голову в сутулые плечи. Тесный вагон, мерно раскачивающийся на рельсах. Все, как всегда. Все, как и месяц, и год назад. Ничего не менялось, да, наверное, уже и не поменяется.
Сергей вышел на нужной станции, поднимаясь вверх по бесконечно длинному эскалатору, которому он был отчего-то благодарен. Нет, он любил свой магазин, не смотря на все убытки, что тот ему приносил. Все же он со старанием открывал это небольшое дельце, закупал товары, оформлял полки, следил за своим детищем. Но сегодня хотелось оттянуть открытие. Сцепив зубы и сунув руки в карманы коричневого плаща (дурацкий цвет, если честно), Сергей вышел на улицу, глотнув далеко не свежего московского воздуха и закашлявшись.
Проходящая мимо вычурная леди отшатнулась от него, как от чумного, и Сергей только печально улыбнулся кончиками губ в ответ. Он прекрасно знал, что о нем думают. Знал, и ничего не пытался с собой сделать. Смысла не видел. Он не красив, далеко не богат, отнюдь не умен, да и не интересен вовсе. Детдомовский мальчик, брошенный в лабиринт города, выжить не смог и сломался. Даже в жалости к самому себе он видел больше смысла, чем в изменении к лучшему.
Сергей отпер дверь, что весело зазвенела ему колокольчиками, но табличку «Открыто» не перевернул, запираясь в помещении, чтобы дать себе времени передохнуть и собраться с силами. Внутри было, как ни странно, уютно, хотя и немного пыльно. Хотелось сесть в мягкое разноцветное кресло, накрытое покрывалом с какими-то индийскими мотивами, и сидеть так весь день, глядя на то, как старательно пробиваются солнечные лучи сквозь мозаику дверного стекла.
А лучше несколько дней или месяц, чтобы полиция, отперев силой эту дверь, обнаружила его ссохшийся труп среди благовоний и прочих мелочей. Сергей вздохнул: он не мог себе такого позволить, поэтому скинул плащ, включил приглушенный свет, якобы навевающий ауру таинственности, запустил уже знакомый до боли диск с восточными мотивами, и открыл магазин.
Когда дверь отворилась, зазвенев приятно и нежно, Сергей был в подсобке. Что делал? Собственно, ничего, смотрел на облупившуюся краску стола. От неожиданности Сергей вздрогнул и подскочил на месте, торопливо выходя из своего укрытия. Кто бы это мог быть? Арендодатель? Друзья пришли требовать с него денег в который раз? Но нет, оказалось, что это покупатель, и Сергей старательно убрал с лица недоумение, насколько это вышло. Парень был молодой и чертовски красивый, брезгливое выражение его лица говорило о том, что до таких мелочевок он обычно и не опускался. Сергей плохо разбирался в одежде, но весь этот вид незнакомца свидетельствовал о наличии денег и притом неплохих. Ну, или парень был блестящей оберткой, хорошо играющей свою роль, но не представляющей из себя ничего по сути.
Но даже если и так, то обертка эта заворачивала в себя отнюдь не конфетку, а кусок свежего дерьма. От проговоренных слов, словно выплюнутых в лицо Сергею, тот запнулся и слова приветствия клиентов, заготовленные в мозгу, так и не сорвались с его губ. В хилой душе зародилось что-то наподобие гнева – собственно, кто этот юнец был такой, чтобы с ним так разговаривать? Но наглый парнишка произнес заветные слова про деньги. Деньги Сергею были нужны, даже больше, чем кто-либо мог себе представить. И злость угасла. Мужчина проглотил ее горькой пилюлей. А на смену этой яркой эмоции пришла беспробудная тоска.
Какой-то чалый голос внутри спрашивал, готов ли он, чтобы об него вытирали ноги за каких-то пару тысяч? Вряд ли этот смазливый красавчик оставит в специфическом магазине больше, тем более, выбирая подарок и не интересуясь всем этим. И Сергей понимал – готов. И будет унижаться и облизывать ботинки этого богача, лишь бы на какой-то срок повременить с полным банкротом.
- Чем… - голос неловко сорвался, но Сергей себя не винил. Показаться еще с более худшей стороны он просто не мог, этот клиент видел в нем лишь таракана, которого был бы и рад раздавить, но находил издевки куда более привлекательным способом уничтожения, - Чем она увлекается? Какой-то определенной культурой? Или вам просто нужна цветная красивая побрякушка и вкусный аромат?

+1

4

Дмитрий Гельд крайне редко снисходил до того, чтобы смотреть под ноги, но тут внезапно заинтересовался бледной тенью, вероятно бывшей когда-то мужчиной, а сейчас  более походившим на дряхлого сверчка, зашибленного  молотком в каморке папы Карло. Вот только этот едва ли когда-то был мудрым. Возможно, если бы этот продавец посмел открыто смотреть в глаза, или проявил бы малейшие попытки проявления своего достоинства, то Дима просто купил первую попавшуюся побрякушку и ушел восвояси, забывая про этот магазинчик, как и про сотни подобных мест. Нет, в таком Дима точно раньше не был. Сейчас он смотрелся тут как Феррари в каком-нибудь спальном районе, или липпицианец  в деревенской конюшне. Да, по всем статьям уникальное место.
- Увлекается? – с усмешкой переспросил Дима. – Да чем может увлекаться дама?
По правде сказать, он растерялся. Леночка была очаровательной, спорой на руку, шустрой на слово, клиентов помогала обрабатывать с ловкостью уличного щипача, в постели была страстной и умелой, а вот чем увлекалась, Дима узнать не удосужился. Ему в принципе были не интересны чужие увлечения, только если их нельзя использовать для бизнеса, но Леночка плыла в его лодке, зарплату и доступ к телу получала всегда в достойном размере и регулярно. Зачем ему было выяснять, чем она интересуется?
- Хм, - легко откашлялся любимец богов и решил пойти в наступление. - А что вы дарите своим дамам?
Он с усмешечкой смотрел на продавца, меньше всего похожего на покорителя дамских сердец и не сдержался.
- Или ваши дамы неизбирательны и готовы любить вас за пучок ромашек? Ммм…. Нет… - он прищурился, разглядывая несчастного мужчину с видом художника, выбирающего наилучший ракурс. – Нет-нет-нет, вы не из таких!
Восклицание и последовавшая за ним трагическая, почти мхатовская пауза, ясно подводили зрителей, коих тут к сожалению не было, и участников в количестве двух штук, к пониманию того, что вот она кульминация и развязка должна прибыть с минуты на минуту.
- Вы не из тех, кто дарит ромашки! – Дима любовался собой, наслаждался устроенным им спектаклем, испытывая нервы и терпение несчастного продавца. – Едва ли вы вообще что-то способны подарить.
Красивые губы исказились в брезгливой усмешке и холодный голос добил:
- Да вам и некому их дарить. Так что давайте мне что-нибудь с ваших полок, чтобы моя дама осталась довольна.
Взгляд снова метнулся к товару, разложенному с неизвестной красавчику любовью по полкам, теряя всякий интерес к продавцу.
Если бы кто-нибудь видел этот спектакль и поинтересовался у Димы, чего он вдруг так взъелся на человека, которые ему не сделал ничего плохого, то был бы сильно удивлен искренним недоумением. Димочка не гневался, он никоим образом не желал никому абсолютно ничего плохого. Просто ему было скучно, а тут такая милая жертва для развлечения. А разве кто-то обиделся? Да помилуйте! Неужели этот земляной червяк умеет обижаться?  Ох, ну ладно.
- Что это у вас там висит? – взгляд зацепился на что-то полувоздушное, нежного бирюзового оттенка. – Шарф? Или как там называется? Ммм… Сари?
Иностранное слово выскочило откуда-то из памяти, вероятнее всего из времен, когда он с бабушкой Томой смотрел любимые ей индийские фильмы. Вот там пышнотелые девицы танцевали свои бесконечные танцы в чем-то, напоминающем экзотический цветок с почти невесомыми лепестками.
Дима вдруг представил Леночку, облаченную в эту тончайшую, нежного оттенка ткань в своей белоснежной спальне. Вот солнечные лучи проскальзывают сквозь слои, бесстыдно демонстрируя ее красивое тело, подчеркивая все его изгибы и идеальные формы, стройные ножки и упругую грудь, милое личико с прелестными мутно серыми глазами и щетинистые обвислые щеки. Что?!
От того, как он резко вынырнул из мечтательной неги, Дима не удержался, отшатнулся от прилавка, за которым стоял все тот же продавец и что-то спрашивал или говорил. Неловким движением он задел какую-то керамическую хрень, которая с грохотом рухнула и разлетелась уродливыми осколками по полу магазина.
- Ты! Ты! – Дима хватал воздух ртом, как рыба. Выдернутая ловким рыбаком на берег, и никак не мог вернуть себе невозмутимое выражение лица, чтобы этот проныра-продавец не заметил его состояния.
Но тот, кажется, напугался не меньше самого Димы, поэтому молодой человек тут же вывернулся привычным маневром деланного превосходства и по барски бросил:
- Это тоже в счет включите, - и пробормотал - Что за день- то такой?

0

5

Никогда еще Сергей не ощущал себя так погано, а дрянных деньков, надо сказать, в его жизни было предостаточно. К нему уже не раз заходили хамоватые люди, которые грубили ему, а уж к брезгливым взглядам Сергей почти выработал иммунитет. Но этот молодой богатей решил оторваться на нем по полной программе, решив где-то внутри себя, что всего этого не достаточно, а ноги, обутые в дорогие ботинки, надо вытирать о подстилку как следует, до блеска. Парень дешево и фальшиво играл, отпуская низкие шуточки, не достойные человека его уровня. И будь перед ним кто-то хоть с каким-то зачатком самолюбия, гордости и трезвого разума, давно бы указал красавцу его место, далеко не радужное, нужно признать. Но перед парнем стоял Сергей, и слова, небрежно брошенные покупателем, как мусор в урну, болезненно отдавались в глубине затхлой души.
Слова находили цель, как отравленные стрелы, и вонзались точно в «яблочко». Сергей признавал, что тот говорил правду. Он не пользовался популярностью у девушек, прекрасный пол старался вовсе не замечать мужчину среднего возраста со внешностью потрепанного жизнью бомжа. Последний раз к нему проявляли интерес около двадцати лет назад, когда молодость и амбиции еще перебивали пессимизм, а кризис, характерный для некоторых мужчин, ничего из себя не представляющих, еще не зародился. Но обычно отсутствие девушки не сильно волновало Сергея, он давно смирился с тем, что проживет остаток своей чахлой жизни в полном одиночестве. Сейчас же эта мысль резала своим острием по наболевшей язве, заставляя сердце мужчины обливаться вскрытым гноем и кровью.
Сергей молчал, выжидая, когда закончится это бичевание и можно будет сказать хоть слово. К скромному счастью продавца, говорить даже не пришлось – клиент сам пустился на поиски, обращая внимания на нежнейшие ткани, чаще всего используемые для восточных танцев. Заученным текстом, Сергей пробормотал под нос информацию о данном товаре, прекрасно понимая, что его не слушают, да и никогда не услышат. Слишком высоко сидел этот молодой бог, чтобы слышать речь простого клопа, затаившегося в грязи. Закончилось все более чем странно. Парень посмотрел на Сергея со странным выражением глаз, замутненных какой-то мечтательностью, пошатнулся и неловко столкнул с полки красивую менажницу из турецкой керамики. С громким звоном расписанная вручную красота разлетелась на мелкие кусочки. Сергей проследил за ней с какой-то безысходностью.
Он даже мысленно попрощался еще с тремя тысячами рублей, понимая, что клиент свалит этот казус на неудобную расстановку товара и откажется платить за нее. Сергей не возражал. В его голове было только одно желание – чтобы этот богач поскорее покинул помещение, оставляя его одного наедине со своими тяжелыми мыслями, имеющими привкус болотной тины. Но тот удивил Сергея еще раз, расплатившись и за выбранную сари, и за разбитую посуду. Мужчина рассеянно поблагодарил его за покупку, немного торопливо сгребая деньги и складывая ткань в фирменный пакетик, которых еще с первого заказа при открытии магазина оставалась уйма. Не в силах остановить заученную для себя речь, Сергей даже пригласил заходить еще, хотя желания такого, конечно же, не было, не смотря на то, что парень сделал ему за эти минуты буквально месячную выручку магазина.

0

6

Весь день Дима не мог унять раздражение, которое вызвал в нем никчемный человечишка и это раздражало еще больше. Ну, в самом деле, мимолетная встреча в занюханном магазинчике, а перед глазами все время теперь стоит эта помятая жизнью небритая рожа. Дима даже пожелал увидеть подарок на аппетитных формах Леночки, чтобы перебить стойкие воспоминания, и на некоторое время даже добился успеха, приложившись со вкусом к пышной груди, обрамленной небесно-голубой тончайшей тканью. Леночка посмеивалась, гладила по тщательно уложенным волосам и намекала, что бриллиант лучше смотрится в подходящей оправе, но на удивление обоих в душе, как и ниже, ничто не екнуло от неприкрытого предложения дальнейший развлечений.
После проверки, - только улыбнулся в ответ Дима, необоснованно нервничавший от предстоящего визита начальства и отца в одном лице.
На самом деле его нервозность была странной, он не был таким уж откровенным разгильдяем, как многие богатенькие сыночки, получившие неплохой куш и живущих с него. Необходимый минимум он выполнял, пусть и не набрал еще таких оборотов, какие свойственны крепким дельцам, но дела на самотек все же не пускал. Так что повода для нервов не было, а вот сами нервы были. И ожидаемого облегчения не наступило после отъезда отца. Тот, правда, не кофейку приехал попить, сунул нос не только в бумаги, но и по ТЦ прогулялся, посетив даже женские уборные, результатом был доволен, хотя и выписал пару пистонов за недогляд, но тут уж куда деваться — идеалы только в мраморе в музеях стоят, и то не во всех.
Когда старший Гельд ретировался, дав добрые отцовские наставления, Дима устало уселся в кресло и вызвал Елену Прекрасную. Отзывчивая во всех отношениях девушка впорхнула в кабинет, кокетливо укрыв голову газовым шарфом, так подходящим к ее милому личику и голубым шустрым глазкам.
Кофе? Коньяк? Женщину? - грудной бархатный голос отозвался приятным эхом там, где пристало.
Тебя, - улыбка, самодовольная, покровительственная, рано прилипшая на смазливое личико молодого человека, исказила тонкие очертания губ.
Он прекрасно понимал цену Леночкиной отзывчивости и щедро ее оплачивал. Отзывчивая же Леночка дурочкой не была, поэтому походкой, преисполненной кошачьей грацией, подошла к столу непосредственного начальника, обошла его, неторопливо стягивая с головы тонкий шарф. Маленькая пуговичка, едва сдерживающая края блузки на ее груды, расстегнулась без прикосновения, словно в нее был встроен какой-то специальный датчик или радар, принимающий сигналы непосредственно от мужских ширинок.  Дима неторопливо повернулся в кресле, девушка опустилась перед ним на колени, еле слышно прошелестел бегунок по пластмассовым зубчикам молнии, и полные губы взяли на себя ответственность за дневное напряжение.
Разрядка, однако, получилась быстрой и жалкой и Димой овладела тухлая свербящая досада. Хвалебные речи Леночки только усугубили раздражение, вновь поднявшееся изнутри и прожигающее весь день.
Свободна, - он откровенно грубо выпроводил секретаршу, проявляя еще большую слабость и заходя на новый виток уже злобы, понимая собственный просчет. Правило хорошего руководителя:  не срывай настроение на подчиненных, тем более на секретаре, - Дима бездарно нарушил.
Елена Прекрасная, застегивая ловкими пальчиками блузку, улыбнулась как добрая мать неразумному дитяте и сказала:
После работы в ресторан собираемся с девочками. Не хотите присоединиться?
Надо было бы. Надо было бы и в ресторан пойти, да с шикарным букетом явиться туда, а потом увести ее к себе или в отель какой и вернуть свои позиции на достойные рубежи, да так, чтобы выходной попросила, но Дима трусливо отказался.
Устал я, - утыкаясь в ненужные уже бумаги носом, пробурчал он, подыскивая подходящий повод. - Да и к родителям обещал заехать. Гости у нас.
Усмешку он скорее почувствовал, чем услышал или заметил, но день теперь был испорчен окончательно.
Едва за секретаршей закрылась дверь, он поднялся, убрал все бумаги со стола, хоть в этом не позволив себе промашки, и ушел.
На дорогах уже был хороший поток спешащих домой, Дима злился, что его вип-персону не пропускают, испуганно вжимаясь в бордюры и запрыгивая на тротуары. Дойдя до предела он резво свернул, краем глаза замечая магазинчик, с которого сегодня начался этот муторный день, и только в последний момент, успел ударить по тормозам, едва не сбив кого-то. Удара он не почувствовал, а вот человек в бесформенном коричневом одеянии, видимо, от испуга завалился на капот его малышки, громко стукнув по ней локтем и плечом. Дима ошарашенно уставился на въевшееся в его мозг небритое, помятое самой жизнью лицо. Секунда растянулась во времени и пространстве, становясь кошмарной вечностью и только истошный бабский крик вырвал Диму из гипнотического анабиоза.
Убиииииилиииии! - визжада какая-то дура, а Дима быстро понял, что ему совсем ни к чему разбирательство с ментам.
Быстро выскочив из Поршика, Димочка ухватил за шкирку продавца, впарившего ему какое-то никчемное дерьмо с пыльных полок своего магазина, и, обогнув капот, сунул его на пассажирское место. Едва не бегом вернулся за руль и рванул к дому так, словно за ним не шлейф истеричных воплей стелился, а неслась армия зомби или кредиторов. В рекордный срок домчавшись до дома, Дима все так же бесцеремонно вытащил знакомого незнакомца из машины и едва не волоком поволок за собой, не произнося ни слова и напрочь забыв поинтересоваться состоянием здоровья пострадавшего.
Только в лифте он выпустил из цепких пальцев плащ и с недовольной рожей посмотрел на несчастного мужчину, который предпочел бы сейчас слиться с кабиной, но та, к сожалению, была светло серой, зато удивительно гармонировала с цветом его лица. Все в том же молчании они поднялись на верхний этаж, Дима вытолкнул беднягу легким пинком в плечо, которое не успело поцеловаться с асфальтом, отпер квартиру, скинул свой пиджак на стул, разулся, отшвырнув в угол дорогие ботинки, повернулся к мужчине. Тонкие губы сжимались в узкую полоску, глаза щурились как у взбешенного кота. Несчастный продавец смотрелся в коридоре его квартиры, как бомж в царских палатах.
- Раздевайся, - сказал, как выплюнул Гельд, неторопливо расстегивая брючный ремень.

+1

7

Мысли Сергея то и дело возвращались к раздраженному посетителю. Склад его характера был таков, что все хорошее, случавшееся с ним в жизни, забывалось очень быстро, зато любой, даже мелочный, негатив мужчина вспоминал долго, смакуя каждую каплю собственной ничтожности. Тем более, что углубляться в эти тяжелые мысли Сергею никто не мешал – богатый красавчик был первым и единственным посетителем за день. Какая-то парочка, смеясь, потянулась было к ручке двери, но потом, видимо, поняли, что ошиблись помещением: развернулись и ушли.
В обед Сергей сходил к ближайшему ларьку, купив отвратительной как на вид, так и на вкус, зато дешевой шаурмы. Вернулся на работу, запирая дверь и вывешивая табличку «Перерыв». Это было ни к чему, на его магазин и так никто не смотрел. Запихав в себя жирную и явно не полезную пищу, мужчина вновь открыл дверь, хотя обеденный час еще не прошел. Он немного прибрался, стирая пыль с полок, переставляя товары с места на место, силясь найти им более выгодное положение, и снова вернулся в подсобное помещение заниматься самоистязанием.
Было удивительно, как человек вообще мог целый день, десять часов кряду, не считая минут пятнадцати на прогулку, минут десяти на обед и минут двадцать на уборку, не делать ничего. Сергей не смотрел телевизор, у него не было тут и ноутбука, даже в телефон не залезал, уж не говоря о книгах. Он просто сидел и жалел себя, терзая несбыточными мечтами и горестными мыслями.
Так и закончился его день. Он был не так уж и плох – сегодня хотя бы была выручка, которую Сергей тщательно запер в пустом маленьком сейфе. Вряд ли кто-то решился бы грабить столь невзрачный магазин, но с везением Федячкина нужно было перестраховаться. Поставив помещение на сигнализацию, мужчина сунул руки в глубокие карманы бесформенного пальто и двинулся в обратный путь, опустив голову так низко, насколько это было возможно.
Дома его ждала бабка, скудный ужин и кровать, сулившая лишь бессонницу. И Сергей в очередной раз задумался о том, чтобы прыгнуть с моста и избавить этот мир от его абсолютно никчемного существования. Впрочем, кроме кредиторов его ухода никто бы и не заметил. А в глубине души Сергей понимал, что ему на это попросту не хватит силенок – оборвать свою жалкую жизнь.
Кажется, на сей раз мужчина слишком сильно молил об этом, и Господь услышал эти страдания. Раздался пронзительный визг тормозов, и блестящий металлический бампер больно ткнул Сергея в бедро. Мужчина рухнул на капот, бессмысленно глотая воздух в панике, накатившей так резко, что в глазах потемнело. Через две мучительно долгих секунды закричала женщина, и Сергей очнулся от забытья. Под его помятой тушкой все еще блестел капот явно дорогущей машины – и страх накатил на мужчину с новой силой. Вряд ли владельцу этого авто нравится то, что Сергей едва не помял его детище, что стоило как десять магазинов этнических товаров.
- Простите, - едва слышно выдохнул едва живой от страха Сергей, но владелец уже выбирался из машины. Он схватил мужчину за шиворот и куда-то потащил, а затем с силой засунул в салон своей машины. От ужаса Сергей забыл как дышать. Дверца захлопнулась, и у него были еще секунды, чтобы вскочить и убежать, но что-то необъяснимое сковало его конечности. Водитель занял свое привычное место за рулем, и только сейчас Сергей увидел, кто это был.
Зрительная память у мужчины была еще неплохой, учитывая, что парень был единственным человеком за сегодня, кто заговорил с ним. Сергей боялся шевельнуться в этом кожаном дорогущем салоне и боялся заговорить. Ему казалось, что сейчас этот милый на лицо парень развернется и проглотит его, как сверчка, на которого Федячкин был так похож. Машина поехала, и вот уже мимо проплыла нужная мужчине станция метро. Тогда Сергей осмелился выдавить из себя:
- К-куда вы едете?
Парень молчал, остервенело глядя на дорогу, будто она причинила ему самую ужасную боль в жизни. Сергей замолчал. А через какое-то время ему стало все равно, куда вез его этот красавчик. Он попросту не верил, что его бесполезная натура кому-то нужна. Уж явно богач не задумал кражу с целью выкупа. Максимум, что могло случиться, так это то, что парень обольет его бензином и подожжет где-то в гаражах ради потехи. Сергей попытался живо представить, как трещат его волосы и вытекают лопнувшие от пламени глаза, но отчего-то эта душераздирающая картина вкупе с его жалобными захлебывающимися воплями не заставила его содрогнуться. Пусть это свершиться, ему уже нечего было терять.
Край сознания все же блеснул одной-единственной позитивной мыслью о том, что парень везет его в больницу после небольшой аварии. Но чем дальше блестящее авто удалялось от места происшествия, тем быстрее таяла эта надежда. Сергей не видел заботы в этом лице и сидел тихо, не шевелясь, чтобы даже не ерзать на кожаном сиденье. Черт подери, да вся его жизнь была дешевле, чем обивка этой машины!
Парень завез его на подземную стоянку, и Сергей уже уверился в своей первой мысли, да и тут же смирился со своей безвременной кончиной. Это должно было случиться рано или поздно. Может быть от болезней, может от некачественной шаурмы. А так, хоть радость кому-то принесет своей смертью, столь же нелепой, как и он сам. Сергей позволил себя затащить в лифт: молчал и не сопротивлялся. Лишь голова все больше вжималась в сутулые плечи. Все же страх не до конца оставил его. Оказывается, даже в его тщедушном теле блуждал инстинкт самосохранения.
Но вот последнее, чего Сергей ожидал, так это того, что парень затащит его в свою богатую, начисто вылизанную квартиру, как из американских сериалов, и прикажет… Мужчина даже решил, что ему послышалось, но его единственный за сегодня покупатель стал торопливо стягивать свои штаны. По голове будто молотом ударило – гул стоял такой, что Сергей не понимал, что происходит.
- Ч-что? – только и смог вымолвить мужчина заплетающимся языком и невольно сжался еще сильнее. Что за странный тип? Чего он хотел от него? Унижения? Разве было недостаточно в магазине? И разве ему, такому холеному, не было противно? Эти и многие другие вопросы терзали голову Сергея, но ответ так и не приходил.

+1

8

Димочка Гельд с детства привык окружать себя красивыми вещами. Даже подруги у него были все супермоделями с обложек новомодных глянцевых журналов, что уж говорить о других безделушках вроде пепельниц, галстуках и секретарш. Вот только, пожалуй, секретарша была не только красавицей, но и умницей, но это только льстило Диминому самолюбию и даром, что всех сотрудников в офис подбирал папочка. Случайных сотрудников, получавших дармовые деньги, тут не было. Пару раз Димочка пытался устроить кого-то из дружков дабы и на работе иметь под рукой кого-то за чей счет можно слегка расслабиться, а кого-то просто потому, чтобы показать собственное всевластие, но все эти люди очень быстро исчезали, оправдываясь какими-то жизненными обстоятельствами. Участие чьей-либо руки Дима не чувствовал, а несостоявшиеся коллеги ему не рассказывали. Но если бы очаровательный мерзавец поднапрягся, то мог бы догадаться, чьих забот эти дела. Однако страсть к красивым вещам оставалась на месте и никому не мешала.
Сегодняшний день выбивался из списка красивостей от слова совсем – проспал, поздно вспомнил о дне рождения, еле нашел подарок, потом этот позорный провал! И под завязку еще и клопа какого-то подцепил. Он еще в лифте пожалел, что притащил этого обитателя жизненной помойки в дом, но прогнать сейчас было бы явным поражением, а еще одной, даже моральной импотенции, Гельд пережить был не готов. Вот только приукрасить надо это ущербное со всех сторон существо.
- Раздевайся…
Бросая эту команду Дима думал только о том, чтобы выкинуть к чертям эти обноски, загнать бледную моль в ванну для гостей и выдать ему банных халат! А потом этот писаный красавчик должен был развлекать удрученного событиями Димочку. Да хоть танцами на столе. Или стишками с табуретки. Может «дед Мороз» даже на подарок расщедрится. Но недоумение и брезгливый ужас в коротком сбитом вопросе вдруг вызвал демонов с самого дна души, страждущей развлечений.
- Я сказал раздевайся, - очень тихо, но слишком четко проговорил Гельд, так и оставшись стоять в щегольских брюках, расстегнув на них «молнию» и отпустив хвост дорогого кожаного ремня. – Что не ясно?
Мужик был настолько жалок, что даже ноги о него вытирать было бы противно, но Диме сейчас все равно было на ком оттачивать свои мерзкие идеи и приемчики.
- Хочу увидеть товар без упаковки.
Гаденькая улыбка скривила губы, глаза жадно прищурились, словно гурман оценивал, сразу сожрать этот лакомый кусочек или неторопливо разжевать, выдавливая каждую капельку сока и растирая в мелкую труху.
Перепуганный человек в плаще цвета диареи был похож на кролика, попавшегося удаву, чем только распалял фантазию Димочки.
- Снимай все, повернись, а потом я режу, что с тобой делать.
Ох! Гельд наконец ощутил себя королем мира! Можно было и помиловать блаженного, если тот будет послушен и не проявит строптивости.

+1

9

Все произнесенное красавцем попросту не укладывалось в голове. Приказать такое было бы логичным юной красивой девушке, по глупости попавшей в квартиру незнакомца. Ну, или если учитывать новомодные фильмы и передачи, красивому молодому человеку. Но Сергей совершенно не попадал под понятие «красивый», да и «молодой» в принципе. По крайней мере, он чуть ли не в два раза был старше этого самодовольного наглеца. И не смотря на этот факт, мужчина растерялся, не понимая, что от него требуется, а главное, зачем?
«Надо просто сказать ему, что я не буду этого делать», - пронеслась тревожная мысль в голове. Сергей поднял голову и наткнулся на острый, пристальный взгляд – слова, подготовленные заранее, застряли в горле. Мужчина вновь понурился. Кто он такой, чтобы перечить? Если он не подчиниться, его попросту заставят и, возможно, причинят боль. Вот так… В городе, где по ночам боятся ходить юные девы, обрюзгший мужчина средних лет умудрился попасть на извращенца средь бела дня.
Казалось, Сергей по жизни притягивал к себе неудачи, и сегодняшний день был не исключением. Ничего удивительного. Через пару часов его усыпят, как больного пса, а никому ненужный труп расчленят и сбросят в реку. Его никто не хватится, а бабка-соседка найдет нового постояльца, который будет платить стабильнее, чем Федячкин. Она же даже в полицию не позвонит, подумав, что тот сбежал от долгов! Еще и проклянет посмертно.
Мужчина молчаливо покачал головой, подслеповато и жалко моргая. Молчание затягивалось, и он чувствовал это, но ничего не мог поделать: не мог ни сказать что-либо опровергающее или соглашающееся, ни сделать. Страх вцепился в него стальными клещами и не отпускал. Сергей чуть приподнял плечи, будто желая спрятать в них свою голову, и едва слышно пробормотал:
- Я не хочу… - он сам едва расслышал свой собственный голос, настолько нерешительным и тихим он был. Сказал и сжался еще сильнее. Вот сейчас начнется… Бесконечные издевательства и пытки, а потом смерть. Почему-то, стоя на дорогом паркете, Сергей совершенно в этом не сомневался. Он не верил в то, что это пустой розыгрыш или запугивание от кредиторов. Нет, Дима виделся истинным маньяком с безумным блеском в глазах и решимостью убить это жалкое насекомое, нелепо выглядящее как человек.
- Я ничего тебе не сделал… - пролепетал Сергей одними губами, - Отпусти меня, - говорил и физически чувствовал бесполезность этого. Даже в фильмах, самых фантастических, подобные фразы не помогали, а лишь усугубляли ситуацию. И не то что бы Федячкин «нарывался», просто подсознательно хотел ускорить этот процесс, а одновременно с этим надеялся, что сейчас все закончится.

+1


Вы здесь » Прогулки по Москве » -Настоящее » Игрушка


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC